Александр Щербина
Приключения в Заземелье, или Что увидела Лариса за краем Земли
Часть I
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Любовь зла...
Пан, "Руководство
по уходу за нимфами"
"Как у них тут в сон клонит!" - подумала, просыпаясь, Лариса. Было уже совсем светло, и в голубом небе вовсю пылало голубое солнце. Где-то высоко, прямо под облаками, громко щебетали невидимые птицы. "Голуби", - решила девочка. Она сладко потянулась, зевнула не хуже говорящей Галавы и огляделась вокруг. И тут только спохватилась, что костер давно погас, и не то что дыма - даже золы от него не осталось. "Что ж, - сказала себе Лариса, - хорошенького понемножку. Ну правда, не сидеть же мне тут и не дуться с этим дымовым до старости". На какой-то миг ей удалось представить себя уже старенькой бабушкой, мирно беседующей с дедом Пихто: о том, о сём... У бабушки почему-то было знакомое детское личико и косички, закрученные на голове в виде буквы "О".
- Ну всё, - скомандовала Лариса, - пора в дорогу.
И, поскольку никакой дороги поблизости не было, она зашагала прямо по полю, через высокую голубую траву. Вскоре поле незаметно перешло в голубой холм, и, стоя на его голубой вершине, Лариса с замиранием сердца увидела внизу настоящее сказочное озеро. А на берегу сказочного озера - настоящий сказочный дворец, а может быть и просто замок.
Ларисе сразу же захотелось побывать в этом просто замке. Она никогда в жизни не видела ни одного настоящего короля, ни одной настоящей королевы, не говоря уже о принцах, принцессах, советниках и придворных. Разве только в кино, а это, конечно, не считается.
- Раз уж я умудрилась влезть во всю эту историю (памятуя о заборе, девочке следовало бы сказать - "перелезть" во всю эту историю), я непременно должна познакомиться с какой-нибудь Царственной Особой!
Да, да, не удивляйтесь: Лариса могла не совсем точно помнить, что же всё-таки пишется после "Ц" в слове "цыпленок", но уж такие обороты как "царственная особа" или, скажем, "рыцарский королевский турнир" запоминала с первого раза и навсегда.
- Нет, ну в самом деле, - продолжала девочка, - вдруг, вернувшись домой, я стану рассказывать какому-нибудь о своём путешествии. Дойду как раз до этого места и скажу: вот, дорогие мои, гостила я, значит, во дворце Короля Четырнадцатого, а рыцарский турнир так и не посмотрела... Ну, и кто после этого поверит хоть одному моему слову? Ну? Я вас спрашиваю!
Кого именно спрашивала Лариса, сказать трудно, ведь никаких собеседников рядом не было, а была узкая тропинка, что, петляя, сбегала с холма к самому озеру.
Конечно же, было бы неплохо искупаться и позагорать часок-другой, но, во-первых, еще неизвестно, что это за загар под голубым солнцем, а во-вторых, если так прохлаждаться... то есть наоборот, - прогреваться на солнышке, можно и на турнир опоздать, а в-третьих... "В-третьих, дорогая, тебе надо спасти звезду" - и она побежала к воротам замка.
Но ворот как таковых, в общем-то, и не было. Стоило девочке вплотную приблизиться к ним - и она как-то сразу очутилась внутри замка, уже с той стороны, которая, впрочем, тут же стала для девочки этой. В любом случае, постучать она не успела, поэтому чувствовала себя не совсем ловко, даже совсем неловко: вдруг хозяин дворца рассердится?
Как раз в эту самую минуту до девочки донёсся звонкий весёлый смех, похожий на переливы множества серебряных колокольчиков. Колокольчики звенели где-то там, в глубине замка, и Лариса приободрилась. Ведь если Царственная Особа умеет так заразительно смеяться, она уже не станет обижать маленькую беззащитную девочку.
И маленькая беззащитная девочка храбро отправилась в путь по длинной голубого мрамора лестнице, которая, причудливо огибая толстые колонны, привела её в роскошную залу. Царственная Особа, с ногами забравшаяся на высокий трон, оказалась красивой девушкой с длиннющей сказочной косой и ласковыми голубыми глазами. Она весело смеялась и, по всей видимости, совершенно не обращала внимания на огромного трехголового Змея, что угрюмо прохаживался у подножия трона. Чешуйчатый хвост Змея тяжело волочился по каменному полу.
На всякий случай Лариса постаралась тоже не обращать внимания на трехглавое чудище, однако идти дальше не торопилась.
- Ну же, - ласково обратилась к ней девушка, - не бойся... Надо же, какая мышка-малышка!
Конечно, не очень приятно, когда тебя в таком возрасте еще принимают за маленькую беззащитную девочку, но всё-таки слова Царственной Особы успокоили Ларису, и, собравшись с духом, она послушно приблизилась к трону.
Змей перестал таскать хвост из стороны в сторону и, угрюмо усевшись на пол, достал откуда-то из-под правого крыла большое треугольное зеркало.
- Ты видела? - засмеялась девушка. - Вот шут гороховый!... Кстати, ты ела когда-нибудь горохового ужа? Ужасная гадость.
Лариса никогда не бывала при дворе, но догадывалась, что прежде чем отвечать царственной особе, неплохо бы для начала сделать какой-нибудь особо почтительный реверанс. Тем более, если у этой особы есть свой трехголовый ящер, которого она запросто может назвать ужом... то есть шутом.
- Ну, ну, - остановила её девушка и озорно подмигнула, - у нас тут всё просто, без церемоний.
- Меня зовут Лариса, - девочка всё-таки попробовала чуточку присесть.
- А меня - Царевна Смеяна. А этот вот - Змей Горюныч: с утра до вечера пялится в зеркало и рыдает.
Послышался тяжелый вздох. Одна из голов жалобно посмотрела на Ларису:
- Это правда. Ну почему я такой уродливый?
- Что вы, что вы! - испугалась Лариса. - Вовсе нет! Вы... вы... - начала она и запнулась. - Вы редкий!
Она сама почувствовала, что вышло как-то неудобно ("Как в зоопарке!.."), поэтому поспешила добавить:
- Это что, вот у моей знакомой была одна только голова - и такая большая!
- Везёт же некоторым, - вздохнула первая голова и пригорюнилась.
- Всего одна - и большая!.. - добавила вторая и заплакала.
- А у нас три - и все ма-а-аленькие! - подвела итог третья и разрыдалась.
- Зато у вас - крылья! - воскликнула Лариса, которой во что бы то ни стало хотелось утешить несчастного Змея.
Горюныч перестал плакать и с сомнением повернул все три головы к крыльям.
- Старые уже...
- Молью побитые...
- Пора выбрасывать!
И он снова зарыдал в трижды три ручья.
Смеяна фыркнула и улыбнулась Ларисе:
- Не обращай внимания. Он всегда такой. Тоже мне Парис-ирис нашелся!.. Ты любишь ирис? Я - обожаю! Давай дружить, - и она радостно засмеялась.
Змей Горюныч вытер крыльями слезы и жалостливо пророкотал:
- Царевна, как вам идёт этот переливчатый смех! Как идёт!..
- Видала? - прыснула Царевна. - Какой кавалер выискался! Между прочим, влюблён в меня до смерти... "Квак идёт! Квак идёт!.." Слушай, ты боишься лягушек? Я жутко боюсь! А во Франции их едят.
- А где это - Франция? - спросила Лариса, хотя почти наверняка знала, где находится эта несчастная Франция, в которой так голодают. Просто ей захотелось проверить.
- А, где-то там, за Забором, - махнула Царевна в сторону пресинего поля. - Представляешь, за этим Забором кончается Земля - ужас! И начинаются всякие сказочные чудеса!..
Конечно, Лариса могла бы с этим поспорить - и ещё как, но спорить почему-то не хотелось. Вообще, Лариса подумала, что ей повстречалась довольно легкомысленная Царственная Особа.
- А куда ты идёшь?
- Понимаете, я разыскиваю свою звезду...
- А я свою - уже нашел, - не преминул вставить Горюныч, пожирая Царевну преданными глазами. - Но она не греет!
- Подумаешь, - засмеялась Смеяна, - не греет... Ты и так горячий-горючий, не замерзнешь.
Ларисе вдруг стало обидно за влюбленного Змея.
- Так нельзя, - сказала она Царевне, - это жестоко.
- Зато смешно, - ласково улыбнулась та. - Я ж не заставляла его в себя влюбляться... А когда влюбляются в тебя, ты разве не смеёшься?
Лариса растерялась. Она еще никогда ни с кем не вела такого взрослого разговора. Но ведь она действительно была еще очень маленькой девочкой, и в неё никто никогда не влюблялся, кроме, конечно, мамы, папы и бабушки, но почему-то, ни с того ни с сего, она вспомнила одного глупого задиристого мальчишку по фамилии Корольков...
- Как вам не стыдно, - строго сказала она. - Никто в меня не влюбляется!
- А в меня часто, - махнула рукой Смеяна. - Вот он, например. Три головы - и все влюбляются. По очереди.
- А сердце болит за каждую, - горестно вздохнул Змей.
- Кажется, мне пора, - неуверенно сказала Лариса, размышляя о том, хватило бы у неё смелости рассмеяться, если б ей признался в любви трёхголовый ящер.
- Куда же ты направишься?
- Не знаю.
- Я слышала, за воротами замка есть замечательная васильковая дорога. Говорят, она ведет в Лазоревую долину к маленькому хорьку Лу. А там и до Городской Площади рукой подать.
- Значит, мне нужна Городская Площадь?
- Вот уж не знаю. Может нужна, а может нет...
- Так зачем мне туда идти? - удивилась девочка.
- Так другой-то дороги нет, - еще больше удивилась Царевна. - Эй, трехголовый, проводи гостью к воротам.
Змей нехотя отложил зеркало и поволок свой чешуйчатый хвост к лестнице.
Когда ворота за Ларисой как бы затворились, с той стороны она услышала глухой удаляющийся рокот: "Ну почему я такой уродливый?!"

< Глава вторая Оглавление Глава четвертая >
на главную страницу
назад вверх