Александр Щербина
Приключения в Заземелье, или Что увидела Лариса за краем Земли
Часть II
ГАЛАВА ВТОРАЯ
Одна голова - хорошо,
а ни одной - лучше.
Всадник без головы,
"Жизнь после жизни"
Ступа мягко опустилась на знакомую Ларисе поляну. Точнее, почти знакомую. От первоначальной синевы не осталось и следа. Теперь и деревья в лесу, и сама поляна приобрели свой нормальный цвет. Впрочем, к зелёной Галаве это не относилось.
- Значит, по-твоему, я сумасшедшая? - раздался всё тот же сварливый голос.
- Ой, здравствуйте! - воскликнула девочка, ужасно радуясь тому, что Галава, несмотря на крепко зажмуренные глаза, не спит и даже разговаривает.
Желая задобрить хозяйку поляны, девочка вспомнила кое-что о так называемых комплиментах и как можно искренней сообщила:
- А знаете, зелёный цвет вам очень к лицу.
- Угу, - согласилась Галава, но глаз не открыла.
- Синий тоже был ничего, - добавила Лариса уже не так уверенно.
- Угу.
Похоже, со дня их последней встречи Галава поглупела ещё больше. Поверить в это было непросто, но Лариса поверила. Не добившись успеха с комплиментами, она решила испробовать тот ужасный сюсюкающий тон, каким все взрослые почему-то разговаривают с маленькими детьми, даже не подозревая, что те отвечают им только из вежливости. Но для пустой Галавы это вполне могло бы сгодиться.
- Ах, ах, ах, - затараторила Лариса, - какая чудесная поляна! Какая большая, какая зелёненькая! И чья же это, интересно, поляна?.. Кто-кто на поляне живёт, кто-кто на зелёной живёт?..
Галава открыла глаза и уставилась на Ларису. Окрыленная успехом, девочка продолжала.
- Ах, ах, - продолжала она, - какие у нас красивые зелёные глазки! Нет, нет, рассказывать - ну прямо сказка. А какие перышки! Какой носок! И, знаете что? - наверно ангельский быть должен голосок!
"Ну при чем тут какой-то носок?!" - подумала Лариса, но остановиться уже не могла. Она видела, что Галава начинает свирепеть, и всё-таки мужественно продолжала нести чушь.
- Ах, какая вы замечательная, необыкновенная Галава! Какие у вас замечательно большие уши! А почему у вас такие большие уши? Это, наверное, чтобы лучше слышать меня, да? А почему у вас такие большие зубы? Ах, только не говорите, что это для того, чтобы меня съесть! Нет, нет, ну конечно, вы так не скажете...
- Тебе чего надо, девочка? - Галава была в бешенстве. Её "замечательные глазки" дергались, особенно левый, а брови угрожающе шевелились. Лариса даже попятилась.
- Ничего, ничего, не нервничайте, пожалуйста, я просто хотела узнать, почему...
- Почему у меня такая короткая шея?
- Нет. Почему вы не хотите со мной разговаривать.
- Так мы ещё и знакомы?
- А разве нет?
Строго говоря, этого следовало ожидать. Если память как решето, разве в ней что-нибудь задержится, кроме макарон. Но Лариса не имела ничего общего с макаронами, она их даже не любила.
- Наверное, я ошиблась. Пожалуй, мне лучше уйти. Дело в том, что я очень, очень тороплюсь.
- Куда это?
- Туда.
- Туда нельзя.
- Почему?
- Потому, что нельзя.
- Но почему?
- По кочану!!! - рявкнула Галава, превращаясь к ужасу Ларисы в огромный капустный кочан.
Теперь-то Лариса знала, что имел в виду папа, когда сказал однажды за ужином, что у его научного сотрудника вместо головы кочан капусты. О да, это было кошмарное зрелище. Бедной девочке приходилось метаться по всей поляне, чтобы не угодить чудовищу под ноги... то есть, не под ноги, а... ну, в общем... ну... даже не знаешь, как сказать, а вы представьте, каково приходилось Ларисе!..
Впрочем, Галаве было не легче. В конце концов, она так закружилась, что у неё началась мигрень. Охая и ахая, она остановилась посреди поляны и долго ещё не могла прийти в себя.
- Возвращайся домой, - посоветовала капустная Галава.
- Не хочу, - девочка в изнеможении повалилась на мокрую траву, - я должна идти.
- Куда?
- Туда.
- Туда нельзя.
- Почему?
- Потому что нельзя, - упрямо повторила Галава, обмахиваясь широким капустным листом.
- Как же быть? - с чем-чем, а с упрямством у Ларисы было всё в порядке.
- Не знаю, - снова сказала Галава, но тут же добавила:
- Можно попробовать загадки. Только, чур, я первая.
Пусть будут загадки, - решила девочка, поднимаясь с мокрой травы и с грустью глядя на свое перепачканное платье. В конце концов, мало ли у неё в запасе всяких хитрых вопросиков, на которые не очень-то ответишь. Почему вода мокрая? А снег белый? И откуда в сыре берутся дырочки? И ещё такой - почему нельзя кататься на коньках по железной дороге? Вспомнив последний вопрос, Лариса даже улыбнулась и украдкой посмотрела на приунывший посреди поляны кочан. Судя по всему, у Галавы что-то не клеилось.
- Послушай, девочка, - заговорила она подозрительно ласковым голосом, - не могла бы ты мне помочь?
Наверное, помогать своим противникам - не самый удачный способ что-то выиграть, но не забывайте: Лариса была всего лишь маленькой девочкой и ещё не умела делать вид, что не слышит, когда её о чем-то просят. Поэтому она только вздохнула и согласилась.
- Вот здорово, - обрадовалась капустная Галава и уже совсем другим, деловым тоном пояснила:
- Видишь ли, мне бы хотелось загадать тебе одну очень трудную загадку, но я её никак не могу вспомнить. Там что-то такое:
Без та-та, без та-та,
та-та-ти-да, ти-да-та.
... Нет, никак не вспомню... Что-то о людях ещё - та-та-ти-да-та-людей.
- А про что загадка?
- Про огурец. Его там с избушкой сравнивают: люди залезли, а выбраться не могут.
- Без окон, без дверей?..
-Точно! Точно! - засмеялась Галава, - Без окон, без дверей, правильно!
И напустив на себя строгость, начала:
- Значит так. Вот тебе моя загадка, которую ты ни в жизнь не отгадаешь. Без окон, - Галава сделала многозначительную паузу, - заметь, девочка: без окон... Без дверей! - ещё многозначительная пауза, - Полна!.. Горница!.. Людей!
И все капустные листики затряслись, задрожали от смеха.
Лариса сначала закрыла глаза, затем нахмурила брови, потом потерла лоб, подержалась за подбородок, четыре раза цокнула языком, сладко потянулась и только тогда сказала отгадку.
Несчастный кочан сник - в самом прямом смысле этого слова. Его бедные листики совсем пожухли и увяли по краям, а некоторые даже свернулись в трубочку.
- Правильно. Кто бы мог подумать. А с виду такая интеллигентная девочка...
Лариса совсем развеселилась. Поэтому, позабыв про всякие хитрые вопросики, выпалила первое, что пришло на ум:
- Без одежек, без застежек, нет ни ручечек, ни ножек!
Вот здорово получилось, - похвалила себя девочка, - даже складно. Правда, у "ручек" лишнее "че" оказалось, но ведь на то и стихи, чтобы было чуточку непонятно.
Видно, непонятно было не только одной Ларисе. Прошла минута, другая, третья, а окочаневшая Галава так и не пошевелилась.
- Нет такой загадки, - наконец сказала она.
Подумаешь! - юная поэтесса и сама это знала. Ведь эту загадку она только что придумала. Сама. А значит, и ответа у этой загадки не было. Вернее, он был, только ещё не придуманный...
- Это же кочерыжка! - засмеялась Лариса, и тут перед её глазами всё смешалось, завертелось, капустные листики, как стая перепуганных ворон, сорвались с насиженного места и зелёной тучей закрыли зелёное небо, и тотчас же пошёл зелёный-презелёный дождь, а там, где недавно была Галава, а ещё недавней кочан капусты, теперь лежала обыкновенная голая кочерыжка.
на главную страницу
назад вверх